Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
22:02 

Как правило, наиболее интересные среди моих знакомых люди - это такие, у которых, как ни спроси, всё время что-нибудь эдакое да происходит. Некоторые из них, даже имея несносный характер, восхищают меня, побуждают желание любить их и следовать за ними, прямо как персонаж Томаса Манна следовал за своим другом-гением Лаверкюном. Удивительна их способность не сидеть на месте, постоянно чего-то хотеть и к чему-то стремиться. Кажется, будто им вовсе чужды безделье и прокрастинация, хотя, вряд ли дела у них на самом деле так обстоят.
Постепенно формируется эдакий тип молодых людей, не боящихся браться за разные "креативные проекты", или таких, которые ведут творческий и увлекательный образ жизни, иногда даже делая всё это предметом заработка (пока среди моих знакомых таких нет, но когда появятся, я скушаю себя под давлением белой зависти). Эдакие идеальные люди, которым удалось сделать так, чтобы любимое дело могло их прокормить. В моем представлении они имеют своеобразный иммунитет к всяческим "правилам жизни". Они могут даже целую книгу написать о том, как любой человек может превратиться в них, но толку от этой книги будет мало. Энергия, внутренний стержень - называйте как хотите, вот именно это и должно быть. И не всегда понятно, откуда всё это берется, особенно если оно возникает внезапно. В этом смысле показательна история с Дыбовским, основателем Ice Pick Lodge, когда ему, филологу по образованию, вдруг пришло в голову сделать игру, и он стал искать совершенно незнакомых людей, договариваться с этими людьми на весьма сомнительное предприятие и т.д. Причем, по словам Дыбовского, сам он был человеком, от этой сферы далеким, и излишней контактностью до этого не страдал.
Если верить "в мистику", то можно думать, что когда-нибудь звёзды обязательно должным образом сойдутся, придет твое время, и тогда ты воздвигнешь города, свернешь горы и сделаешь то, что там тебе причитается (правда, в таком случае, у нас не было бы такого количества унылых бюрократов, которым ничего в жизни не нужно, кроме традиционных форм самозабвения; или звёзды на этот счёт избирательны, но тогда почему они должны наделить силой меня, а не тех моих интересных приятелей?). Если не веришь, можешь решить, что тебе не повезло, и отправиться убирать мусор до конца дней своих, испытывая вечную нехватку созидательных сил на то, чтобы сделать в своей жизни хоть что-нибудь стоящее.
Один мой приятель, более активный, чем я, точно так же точно не знает, чего хочет. По большому счету, этим страдают все мои однокурсники, не желающие посвящать жизнь архивной работе. Но вот приятель тянется к любой фигне, которая могла бы подарить ему что-то новое и полезное, даже если эта фигня - явно не то, о чём он мечтал.
Но энергия инициативы, энергия инициативы. Вот над чем надо подумать.

22:11 

Энергия есть, есть готовность не спать. Есть желание сделать что-то нереально крутое. Когда нам отрезали когти, когда отпилили зубы?
Всё, говорят, связано со всем. Так почему же я не могу связать все нити, переплести их и получить что-то значимое? Тонны пыльных бумаг, тонны чуши, которая, как кажется, должна была иметь значение. Я не говорю, что нужно ее сжечь, но нужно спросить: в чём ее польза? Как использовать всё то, что у меня накопилось, а главное, что конкретно надо сделать?
Кажется, кто-то неосознанно меня сдерживал и делал так, чтобы я хотел быть не собой, а кем-то другим. Теперь я пытаюсь отыскать себя в той куче хлама, которую успел насобирать. В "Я" и должно быть верное направление.

12:30 

Я сел писать повесть, чтобы побыть писателем. Мотор заглох на второй странице, я перечитал написанное и решил, что надо будет перечитать, но через пару дней я, скорее всего, возненавижу написанный кусок. Открыл, перечитал. Я определенно не ненавижу то, что получилось, но, чтобы оно имело смысл, оно должно быть продолжено.
Смысл творчества теперь - не в массовости. Мне видится новая эпоха, в которой каждый человек после себя будет стремиться оставить некий творческий архив. Человек как пятно краски, или как палитра.
Моя повесть может вырасти и обрести своеобразное бессмертие. Она должна стать самодостаточной, и тогда ей ничто не грозит, вот как мне кажется.
Когда речь заходит о мечтах, у меня в голове возникают только образы. Вся жизнь представляет собой погоню за образами, череду попыток вписать себя в идеальный контекст. Но образ - это картина, это статичное изображение, заключившее в себе вечность, "ауру". Вхождение в образ - либо акт творчества, заключение себя в творческое произведение, либо смерть. Не знаю, как объяснить, но, чтобы образ существовал, он должен быть в чем-то заключен, не должен иметь возможность сбежать.
Веллер, несмотря на всю спорность его идей, в одном прав: жизнь - это сумма ощущений. И тяга к вписыванию себя в образ - это тяга к целостному, всеобъемлющему, полному, бесконечному ощущению. Разрозненность, хаотичность "идеальных мгновений", их затерянность в потоке тривиальных мыслей удручает, заставляет переживать о том, что мы существуем вне великого. К тому же, эти мгновения очень мало поддаются контролю с нашей стороны, в отличие от творчества. Чем больше инструментов в нашем арсенале, чем более виртуозно мы ими пользуемся, тем выше произведение.
Впрочем, иногда можно красиво лечь на траву и умереть. Иногда и этого достаточно, и это пугает. Пугает, что вся жизнь может свестись всего лишь к одному великому мгновению, никак не обусловленному прошедшей жизнью; но это мгновение, в сочетании со смертью, воссоединит человека с вечностью. И зачем тогда всё остальное, если смысл жизни сводится к тому, чтобы лечь на траву и умереть? (конечно, не каждая такая смерть, и не в любом контексте будет художественным актом) И зачем тогда эти книги, эти разговоры, вот это всё... И одиночество, дикое одиночество человека, вписанного в идеальный образ. Одиночество человека, застрявшего в картине, который разрывается между этим одиночеством и этой великолепной вечностью, которой он призван служить.
Раньше казалось, что человек может достичь этого состояния, если взломает некий духовный код, теперь же мне очевидно, что это невозможно. Но должна быть какая-то связь, что-то должно быть.

15:35 

п

1. Течение моей жизни само исключает из нее всякий алкоголь. Вот например. В этой стране нет никакого удовольствия пить пиво. Невкусно, совсем не весело, и спать хочется. Пробежать десять километров лучше, чем выпить бутылку пива - где это видано.
2. У людей мода пошла - завязывать общение со мной и тут же забивать. К чему бы это? Может быть, хотят, чтобы я всегда сам... Нечестно. Все такие самодостаточные, что я прям даже не знаю, что и думать.
3. Вместо того, чтобы просто взять и разрешиться, почти каждая ситуация имеет тенденцию затягиваться и морочить мне голову долго-долго.

01:00 

Пытаться выстроить логику на основе совокупности случайностей - гиблое занятие. Вместе тем, периодически или провидение, или Великий Рандом подшучивают надо мной, подсовывая разные довольно маловероятные события. Я часто думаю, будто за мной кто-то приглядывает, кто-то помогает мне потихонечку, не давая окончательно оторваться от реальной жизни и ее возможностей, которые могут быть мне в моем нынешнем состоянии доступны, и которые я иначе преспокойно бы упустил. Обычно этот рандом выражается в одном утверждении: несмотря на всю мою гадость и уединенность, в моей жизни все равно появляются люди.
Вот и сейчас случилась такая шутка рандома, немного злая, надо признать. Злобность шутки связана с тем, что я получаю необычную случайность, не доверяя ей как продукту системы (это случилось случайно, это не вызвано непосредственно конкретными причинами и не обязывает к тому, чтобы за всем этим что-то последовало), но при этом ожидая от нее всяческого добра. Но добра не происходит, а происходит только секундный блеск хвостика золотой рыбки, которая тут же уплывает куда-то.
Но вот в чем я убежден гораздо сильнее - так это в том, что те люди, которые имеют значение для меня в настоящем и в прошлом, связаны со мной какой-то особой "химией", которой у меня нет с большинством окружающих меня людей. Я не знаю, в чем, кроме долгосрочной коммуникации, она проявляется, не знаю, с чем связано ее возникновение и действие. Но мне кажется, что она есть.

10:51 

Я всё ношусь с этой статистикой о том, что на количество самоубийств сильно влияет число солнечных дней. Сейчас посмотрел на Википедии статистику самоубийств в разных странах, и мне кажется, что та информация о солнечных днях не очень-то достоверна.
Но сам в последние годы замечаю, насколько сильно обстановка способна на нас повлиять. Иногда настроение, скажем, от посещения места работы или учебы, или магазина, складывается из мелочей: насколько удобна дорога до места, хороша ли погода, много ли дерьма вокруг, а на работе - какой образ складывается от своего рабочего места, как прошли все эти мимолетные контакты с коллегами, ну и т.д.
Вот в чем культурологи и исследователи визуального правы: мы потребляем образы. Образы своей квартиры, образы своего завтрака, образы города и многого, многого другого. Если вынужден потреблять дурно пахнущие образы в большом количестве, рискуешь заработать себе расстройство желудка.

23:15 

В канун женского дня поутру являюсь я в присутствие.
Только устроился в своем помещении, как меня выдергивают на коридорное совещание двое коллег и начальница из соседнего департамента, весьма уже в летах.
Мне сообщают о том, что на восьмое число готовится импровизированная радиостанция для милых дам, и необходимо подобрать любимые сердцу песни специально для них.
Коллеги предлагают начальнице нашу бессмертную эстраду, и даже посовременнее - того, который друг всех одиноких женщин. Эстраду она скрипя сердце приняла, а вот на "друга" обиделась. А у меня, - говорит пожилая начальница, - есть одна любимая песня, Глюкозы: ну, про жопу которая.
Вот так, друзья.

07:36 

Пролистал тут недавно всю эту штуковину до самой первой записи, где я утверждал, что художник воспринимает как должное то, что он не понимает и не может понять этот мир. Констатирую, что до сих пор не приблизился к пониманию "мира", чем бы он ни был, ни на шаг, но до сих пор живу и чувствую так, будто понимание достижимо. Это упорное желание не прогибаться под обстоятельства, именно это самое "прогибание" и маскирующее. В который раз убеждаюсь, что реальная жизнь - это нечто совсем, совсем иное, чем то, что я в своей голове напридумывал, настолько другое, что я теряю дар речи и способность быть "собой", как только соприкасаюсь с чем-то непривычным.
И речь идет о том, что, если просто возьмешь и решишься "быть собой", то позволишь самому себе выполнять ту роль, которую возложила на тебя условная "судьба", не пытаясь ее изменить и целиком принимая все, что из подобных обязательств выходит. Это неплохая мысль, если обстоятельства слепили из тебя человека, максимально соответствующего современной культуре в самом широком смысле этого слова: поток, который тебя утянул, сам вылепит тебя в тех чертах, какие ему требуются. Но как быть остальным - вот это вопрос.

21:44 

По поводу налаживания контактов

Вот между прочим.
Многие курящие друзья говорили мне, что большая часть интересных знакомств у них происходила в курилке. В курилке, - говорила мне одна студентка Вышки, - можно скорешиться даже с преподавателем. Камю в дневниках еще писал о "масонском братстве курильщиков".
Но я не курил и не курю. Кто знает, сколько знакомств я уже упустил из-за этого. Но специально начинать курить, конечно, не собираюсь.
Дискотека - одно из немногих мест, где люди, казалось бы, могут познакомиться и сблизиться без давления внешней среды. Но я не танцую, я ненавижу караоке и терпеть не могу музыкальные вкусы многих моих однокашников, которых недальновидно допускают до выбора музыки. Отказываясь от дискотек, не лишаю ли я себя новых знакомств и возможного общения?
Всё это чертовски противоречивые вещи. И курение, и дискотеки - это такие ситуации, в которых я себя не вижу ни в каком виде. Не имея к этим вещам отношения, я чувствую себя не в своей тарелке и в тех случаях, когда выкуриваю сигаретку за компанию, и на дискотеках, где чувствую себя какой-то мебелью, которая стоит в таком месте, где ее стоять не должно, которая мешает людям пройти и раздражает их взгляды понапрасну. К тому же, сомневаюсь, что мне особенно интересны люди, посещающие подобные мероприятия. С другой стороны, в отношении их посетителей нельзя проводить подобную статистику. Скажем, я один раз оказался на такой "тусе", и мой приятель, еще больший даже сноб, чем я, тоже там был. Вот тебе и нарушение статистики. Мало ли кого там можно встретить. Но шляться в поисках чего-то там в подобных местах как-то... унизительно, что ли. Вот тебе и дилемма. Если не там, то где еще? Как минимум, это усложняет жизнь человеку, который хотел бы, чтобы всё было по-человечески, по-настоящему, применительно к его вкусам и особенностям характера. Не подчиняясь определенным неписаным законам, которым многие склонны следовать, ты терпишь определенные последствия неподчинения, которые не всегда можно просто так взять и покрыть выгодами от демонстрации и утверждения личной свободы от всего этого.

07:37 

Вчера я обнаружил, что страницу об этикете, которую я почитываю, переименовали в "Мужской клуб". Сегодня, когда я проснулся, "мужской клуб" стал, прости господи, "бизнес-клубом", и наполнился постами соответствующего содержания. "20 способов изменить свою жизнь". "10 правил успешного бизнесмена". "Мужские правила". "Избавьте меня от этой ужасной чепухи".
Бог ты мой. Не знаю, сами ли они всё это сочиняют, щедро иллюстрируя написанное/позаимствованное фотографиями Стэтхема, но в обоих случаях читать такое не представляется возможным. Судя по всему, сочиняют подобные вещицы простые люди вроде меня, и зачем они это делают? Очевидно, чтобы насладиться тем, как несколько сотен человек одобряет или репостит правила жизни, по которым, как сочинителю кажется, следует жить. Он утверждает свое мировоззрение и наслаждается тем, что оно легитимизируется, узаконивается определенным, сравнительно большим сегментом социальной сети. У меня, наверное, бомбит, потому что мое мировоззрение во всех его формах и проявлениях никто упорно не желает легитимизировать. Серьезно, нужно рассмотреть систему функционирования социальных сетей и вывести из нее значимые культурные постоянные, существующие в каждом человеке, который в такую сеть вовлечен. Я вот вчера заметил, что почти перестал воспринимать людей вне их интернет-профиля, который является некой самоидентификацией человека, т.е. вроде бы это он, а вроде бы и не совсем.
А то, что у меня бомбит из-за того, что мои бредни кажутся бесполезнее и просто хуже, чем "10 правил жизни Стэтхема" или что-то в этом роде, не отменяет того, что паблик скатился в сами знаете что.

10:56 

Вопрос в том, как добраться на работу, не испортив себе настроение. Удивительно, но периодически, на определенных этапах моего пути, меня поджидают всякие неудобства. Но их скучно расписывать, достаточно сказать, что надо найти способ не обращать внимание на то, как все это нудно, неудобно и с какой-то точки зрения бессмысленно. Эволюционным решением для метро были бы такие изоляционные капсулы, где можно было бы спрятаться от всех, настроить уровень света и тепла, и все такое прочее. А зима надоела, надоело носить пальто и шарф, вот эта вся экипировка.
ВК предложил прочитать мне статью о том, что занятия спортом положительно влияют на мыслительную деятельность. Пусть предложит это сделать паре оголтелых любителей поиграть в футбол, брутально потолкаться и поматериться друг на друга. От себя скажу, что бег определенно повышает настроение, если пробежка вышла удачной и не очень однообразной.
И напоследок - это надоевшее до чертиков и не очень выразимое противоречие. Когда нечего ожидать от того, что происходит вокруг, но ты продолжаешь во всём этом участвовать, продолжаешь при этом чувствовать недостаток чего-то ещё. Шляешься один по городу, знаешь, что никого здесь не встретишь, а тебя никто и не заметит, но продолжаешь ходить, чувствуя, что не хватает чего-то еще, понимая при этом, что есть вещи немножко грустные, но достойные и требующие того, чтобы они, хотя бы до поры до времени, оставались в том виде, в каком есть. Я ума не приложу, как из этого состояния перейду в другое, но это должно произойти.

10:50 

Может быть, всё не так сильно связано со всем, как казалось раньше. Когда я попадаю в центр Москвы, то чувствую себя немножко не в той России, которую стремится показать массовая информация, как по одну, так и по другую сторону импровизированных баррикад. Мне кажется, что, если всем тем, что я вижу здесь, в достаточной степени "пропитаться", то в какой-то момент можно решиться и сделать что-то значительное. Точно такое же чувство меня посещало, когда я был в Праге. Но вполне возможно, что эта мысль - только наивное частное выражение стремления к некоему избавлению, которое поместит меня в какой-то другой контейнер социальных и иных условий, из-за чего и я тоже начну жить и чувствовать жизнь совершенно по-другому, не так, как сейчас, когда кажется, будто "все движения напрасны".
Вероятно, я человек-то очень простой. Для радости мне только и нужно, что хорошая погода, красивые виды вокруг и какой-нибудь интересный разговор. Как только всё это происходит, желание философствовать куда-то улетучивается. Основная разница между обычной философией и кухонной в том, что первая разрабатывает вопрос смысла жизни, а вторая пытается разобраться, почему всё не так. Ключевое слово здесь - "пытается", потому что я подозреваю, что такой формат философствования предполагает поиск, но не нахождение той или иной истины.
Я к тому, что сейчас вот светит солнце, и поэтому кажется, что всё не так уж и плохо, по-своему даже хорошо. Всегда бы так.

07:39 

Интересно, почему некоторые, или даже многие незнакомые люди негативно относятся к тому, чтобы их фотографировали.
Я могу найти этому только два более-менее правдоподобных объяснения. Первое заключается в том, что люди занимаются неким секретным делом, и поэтому, в целях соблюдения секретности, фотографировать они запрещают. Поэтому, как мне рассказывали, можно выйти "пощёлкать" в центре Москвы и наткнуться на недовольного представителя охраны, который или прогонит тебя, или потребует удалить снятое. Ну а второе - так это то, что людям, может быть, кажется, что они недостаточно прихорошились, чтобы сниматься, и такое вторжение в личное пространство им поэтому неприятно.
В конце концов, есть и еще кое-что. Мне кажется, что если бы меня сфотографировал незнакомый человек, я бы почувствовал что-то вроде того, что он ворует меня у самого себя для каких-то неизвестных мне целей. Это интересный момент: смотреть на меня может каждый, но только я должен знать об этом, должен иметь возможность увидеть, что на меня смотрят, т.е. запечатлевать мой облик в этой ловушке времени, отдавать свой облик в бесконтрольное пользование фотографа (он может, например, прифотошопить мое лицо к какому-нибудь уродству, мало ли что ему придет в голову) я был бы склонен запретить. Хотя, эти все запреты, конечно, чушь собачья. В целом мне кажется, что это одно из следствий городской жизни, усиливающей обособленность, отграничивание людей друг от друга.

01:44 

Что-то значительное хочется сказать. Но жизнь сосредотачивается вокруг всяких таких штук, которые сами по себе совершенно ничего не обещают, ничего не сулят, кроме неопределенности. Когда есть что-то, что ты считаешь важным и за что ты цепляешься, как-то легче лепить из всего этого истории, взаимосвязи, закономерности. Тогда говорят обычно: "Жизнь обрела смысл".
Издёвка над этой концепцией, насмешка над такой "реальностью" - жить, утверждая, что смысла нет, наполняя ее действиями самостоятельно, вне всяких логических связей. Можно сидеть и ждать "своего выхода", и такое решение будет, наверное, самым идиотским на свете. Логика повествования - если она вообще нужна - формируется уже после собственно событий, а не наоборот.

22:59 

Гастрономический подход к восприятию творчества. Иногда кажется, что, чтобы стать писателем, - или вообще Художником, - нужно хорошенько пропечься.
Мой друг, оказывается, сегодня ходил в театр со своей девушкой. Вот они уж точно пропекаются, румяные и вкусные пирожки, всем хочется скушать их. А я дома торчу. Если уж продолжать гастрономические аналогии, то я не пропекаюсь, а, скорее, расту как гриб. В лучшем случае, как элитный сыр с плесенью. Сижу в темноте, готовлюсь смотреть Линча. Сюрреалистический гриб. Пожалуй, я хотел бы быть подберёзовиком. Лучше бы, конечно, подосиновиком, и тогда издалека я был бы похож на какой-нибудь пражский домик. Но я-то знаю, что так будет не совсем правильно.

Этой зимой я, кажется, настолько перекрыл себе кислород, что в пору начать задыхаться. Но некая музыка открывает для меня огромные пространства, огромные, по которым я могу носиться и хохотать. "Холоден и звонок смех наш вечный". Чёрт его знает, что теперь будет со мной. Но я в порядке.

15:28 

Ну что сказать...
Во-первых, попутное замечание: чертовски удобно запоминать дорогу по гугл картам в режиме панорамы. Просто "проходишь" до места пару раз, обращаешь внимание на ориентиры, и после, уже в реальном времени, можешь даже на адреса не смотреть, пройдёшь "по памяти".
Во-вторых, я не знаю, как оценивать работу, которую я написал. Точно мог написать лучше, точно мог написать хуже. Такая неопределенность сама по себе способствует двойственным ожиданиям: меня могут послать, а могут и решить, что я не безнадежен. Жаль только, что решат они это минимум через месяц, максимум через два.
Конечно, у меня есть оправдания тому, что все вышло хуже, чем могло быть: список литературы, весьма условно соответствующий темам для эссе, небольшое количество времени (2 часа, и я не думал, что этого окажется так мало), общая нервозная обстановка, явно не располагающая к размеренным философским размышлениям. Но только все эти оправдания находятся по ту сторону моей работы, они, в отличие от нее, не будут браться в расчет проверяющими. К тому же, если кто-то в абсолютно таких же условиях напишет лучше меня (то есть, если они вырвутся в "победители", а я нет), то все эти оправдания ничего не будут стоить, поскольку эти кто-то, в отличие от меня, смогли эти трудности преодолеть.
Обо всём этом лучше не думать, но грядущие месяц-два неопределенности, пока работы будут проверяться (неужели над ними действительно надо сидеть так долго? Представляю, как десяток ученых склонились над моей работой и весь день обсуждают это безобразие), я уверен, не раз и не два заставят меня обратиться к этой многострадальной олимпиаде. Надеюсь, что они закончат проверять работы как можно раньше, и надеюсь, что все-таки смогу вырваться в "победители". Видит Бог, я старался.

07:47 

Ух.
Ну вот и настал день, когда нужно выставить в лучшем свете все те знания, которые я смог "вычитать" за эти несколько месяцев. Совершенно не представляю, каковы мои шансы на победу. Всего нас будет около 50 человек, но дело не в количестве участников и даже, пожалуй, не столько даже в количестве прочитанных книг. Может быть, в умении с серьезным видом (насколько того позволяет текстовая форма работы) ориентироваться во всем этом многообразии теорий и направлений.
Главное сейчас - вовремя приехать и добраться до нужного места, написать божественную работу и вернуться домой. Да, надо учитывать, что божественность работы - единственное, что мне поможет, когда я буду ждать результатов в течение около двух месяцев. И как бы там ни обернулось, какой бы работа ни вышла, наверное, теперь я могу себе позволить хотя бы одни выходные побездельничать: я, конечно, и так мало продуктивен, но избавление от "олимпиадоцентричности" жизни хоть на какое-то время очень сильно мне эту самую жизнь облегчит. Если всё получится, это будет шикарно. Если нет, тогда я попытаюсь ещё, но уже к лету и в формате обычного экзамена, ну и вообще задумаюсь, как же мне спасти свою задницу.
Удачи мне. Воображаемые читатели напряженно следят за развитием событий, и уже скоро их любопытство будет удовлетворено.

22:32 

Удивительная штука - мозг. Сейчас я подумал, что на самом деле почти ничего не знаю о том, как он работает, даже применительно к повседневной жизни.
Я помню две типовые ситуации, когда собственная память приятно меня поражала. Первая была на уроках обществознания, когда мы играли в одну игру. Суть была в том, что два человека читают один и тот же параграф, а потом две команды задают вопросы представителю противоположной команды по поводу прочтенного. И я помню, что мне удалось за короткое время выучить этот параграф настолько хорошо, что потом одноклассница сказала, что я повторил его почти слово в слово. Разумеется, я запомнил всё это очень ненадолго, но я не знаю, каким образом всё же мне удалось достичь такого уровня запоминания, обладая далеко не феноменальной памятью.
Вторая ситуация более классическая, но от этого не менее неясная. Это один или два экзамена, когда неожиданно я вспоминал то, что, как казалось, давно уже забыл. И опять я не знаю, откуда всё это прорывалось, причем это происходило далеко не во всех случаях.
Может быть, конечно, всё дело в стрессе. Но мне не очень комфортно осознавать, что я вообще-то не знаю, в какой степени я подготовлен к экзамену - просто потому что прочитанное, может, откладывается в недоступные закрома памяти, а может и забывается, и может всплыть в решающий момент, а может так и остаться где-то в недосягаемости (но, с*ка, все равно при этом внутри моей головы).
Мне непонятно, каким образом усваивается и систематизируется научная и околонаучная информация. То есть, я не могу понять тот момент, когда усваивание некоего повествования (что сродни усвоению, скажем, сказки про Бабу-Ягу) переходит в понимание серьезной научной парадигмы. Ведь все начинается с чего-то более-менее простого, потому что люди не рождаются докторами наук.
В учебнике по истории философии я вообще встречал мысль, что любая наука (по кр. мере, гуманитарная) представляет собой рассказывание историй, которые в некотором смысле имеют не больше законных прав на самоутверждение, чем, скажем, эзотерика. Не знаю, не знаю. Но я вот пока прочитал вторую книгу - забыл первую, пока прочитал третью - забыл вторую. Дьявольщина! И покоя не дает еще одна мысль: какая-нибудь дребедень идеально усваивается и помнится на годы вперед. Куча всякой чуши залетает в голову и задерживается там абсолютно без усилий.

07:36 

Может быть, люди боятся вовсе не перемен, а боятся разрывов между старым и новым. А ведь не так уж и много в нашей жизни неожиданностей, когда ты просыпаешься внезапно в совершенно других условиях, и по-другому же приходится жить и вести себя. Помнится, я очень боялся идти работать: я не представлял, как справлюсь с новыми условиями жизни и новыми обязанностями. Но, когда я устроился на работу, то втянулся быстро и легко. Постепенно, живя такой жизнью, где всё происходит довольно плавно, начинаешь даже тосковать по разрывам. Потому что разрыв, как какая-нибудь бездна, которая разверзлась за тобой, могла бы говорить о невозможности вернуться назад, с одной стороны, а с другой, позволяла бы думать, что мир уже не тот, что прежде. И без этих разрывов, без этих довольно страшных промежутков, перемены переживаются естественно и почти гармонично, но провести грань между "вчера", "сегодня" и "завтра" становится намного сложнее. Нет, я не имею права говорить, что в этом мире всё застыло. Но, пожалуй, чтобы действительно видеть и чувствовать перемены, нужно быть гораздо более наблюдательным.

09:16 

Растерянность - да, пожалуй, самое востребованное на сегодня чувство. Часто кажется: вот сделаю то-то, вот дотерплю до того-то, и начнется жизнь. Разумеется, она так никогда не начнется. Так что вопросы интеллектуальной гигиены и управления вниманием вовсе не лишены смысла. Представляется важным понять, чему мне действительно нужно, а чему не нужно уделять внимание каждый день. Как минимум, я решил перестать читать Яндекс, который всегда потчует такими новостями, которые конструируют совершенно идиотскую реальность, в которой наравне сосуществуют какая-нибудь убитая женщина из Кемерова, уважаемый эксперт, Тимур с Амуром и разного рода высокоуровневые политики, которые постоянно друг с другом что-то обсуждают и по итогам обязательно что-нибудь подчеркивают.

moskevske povidky

главная